— Долго ли?

— Месяца два. Я пробирался на Восток, а в Бейтауне решил на короткий срок наняться в докеры.

— А где ты был до Бейтауна?

— В Санта-Монике. Работал водителем такси. Хозяин заставлял гонять с утра до ночи. Чуть не погиб. Это отбило у меня охоту оставаться на Западном побережье. Туда же я попал из Сан-Диего, куда приплыл на грузовом судне, которое шло через Панамский канал из Веракруса. А перед этим была война.

И тут страшная мысль пронзила мозг Джо Бейкера. Чей-то голос злобно прокричал ему в уши: «А какая война, Джо? Какая война? Их столько было…»

Внезапно с ужасающей быстротой он все вспомнил. Его сознание прояснилось, очистившись от вязкого тумана. Катушка памяти завертелась, унося его все дальше и дальше назад, в прошлое, и лицо его стало белым как мел.

Высадка на побережье Франции и бегство в Арденнах…

А до этого — работа на лесозаготовках в Канаде…

Еще раньше — долгие годы депрессии, проведенные им в притонах с такими, как он, безработными… И работа, которую он потерял, когда обанкротился его хозяин… И стычка с бостонскими полицейскими. А до этого утомительный перегон скота через Вайоминг, Колорадо и Оклахому. Сколько он длился? Года четыре? Должно быть, не меньше, если учесть, что он надолго застрял в Денвере…

Точно наяву Джо увидел рядом с собой синий холщовый мешок, опять ощутил то особое волнение, которое испытывал, когда набивал его до отказа, готовый вновь сорваться с места и отправиться невесть куда…

Вдруг он поспешно схватил листок бумаги и карандаш и начал быстро записывать названия мест, где побывал, расстояния между ними, даты, и, по мере того как рос этот список, грудь его все крепче сжимали невидимые тиски.