Он ругался про себя, но жаловаться не приходилось. Они подошли к Бермондси. Хорнблауэр взглянул на часы. Они немного задерживаются, но пока ничего страшного. Риск пропустить прилив был гораздо меньше, чем риск затонуть посреди реки. Хорнблауэр в мокрых штанах переступил с ноги на ногу и оглянулся. Процессия не отставала - он видел примерно половину её, остальная часть ещё огибала поворот. Еще один поворот впереди, на этот раз направо. Опять придется идти прямо против ветра.

Так и вышло. Барка снова запрыгала на волнах. В какой-то момент она зарылась носом и по палубе прокатилась масса воды - внутрь налилось не меньше, чем Хоррокс успел вычерпать. Хорнблауэр снова выругался, окончательно позабыв про печальный вид. Он слышал, как вода переливается по дну барки. Но из-за занавески по-прежнему выплескивали воду между - и на ноги Хорнблауэра. Его уже не беспокоило, что подумает толпа, видя как из погребальной барки вычерпывают воду - любой моряк, а они в толпе наверняка найдутся, объяснит, что при таких волнах приходится вычерпывать без всякой пробоины. Они обогнули изгиб реки - в какую-то минуту показалось, что барка вообще не движется. Но ветер ненадолго стих, и изгиб они обогнули.

- Вы что, не можете заделать пробоину, мистер Хоррокс?

- Это не просто, сэр, - сказал Хоррокс, снова выглядывая из-за занавески. - Доску вдавило внутрь. Нагели еле держат, сэр. Если я нажму слишком сильно...

- Ладно, очень хорошо. Вычерпывайте дальше. Подойти к берегу? Здесь, за Тауэром, было бы самое подходящее место. Нет, ко всем чертям! Никогда. Вычерпывать, вычерпывать. Выбрать такой курс, чтоб наилучшим образом использовать течение и ту небольшую защиту от ветра, которую дают стоящие на якоре корабли - Хорнблауэр с головой ушел в расчеты. Если б у него было время оглядеться, он бы увидел по берегам тысячи зрителей. Если...

Господи, он забыл про Марию! Он ушел, когда она рожала. Может быть скорее всего - ребенок уже родился. Может быть... может быть... нет, лучше об этом не думать.