— Никто не знает, — ответила учительница и подытожила с уверенностью пожилого человека: — И никто никогда не сможет найти ответ на этот вопрос. Более того, в ответе нет необходимости, поскольку изучить данный вопрос глубже, чем он уже изучен, невозможно.
Опал сидел на станции уже несколько часов и, ерзая на неудобном пластиковом стуле, размышлял о давно умершей преподавательнице биологии и о природе уверенности. Время от времени он обращал внимание на поразительное разнообразие мнимых людей, которые сидели и ходили среди настоящих.
Внезапно в столовую вошел псевдочеловек, самка, одетая в стесняющую движения форму работника станции. Как и у нескольких других псевдолюдей, у нее был раздувшийся череп и привлекающий внимание настоящий лоб под шапкой густых черных волос. Самка открыла рот и заговорила ясным и исключительно сильным голосом.
— Движущийся в западном направлении червь отдохнул и готов продолжить путь, — объявила она.
Все путешественники были поражены четкостью каждого произнесенного ею слова.
— Дамы и господа, выходите через дверь, находящуюся позади меня. Если у вас есть билет. У вас должен быть билет. Червь, направляющийся на запад, накормлен, и ему не терпится продолжить путь. Червь скоро отправляется, друзья мои.
Почти все встали.
— Я уж боялась, что нас задержат дольше. — Пожилая женщина в элегантной одежде и с янтарными украшениями улыбалась этому радостному известию. — И настроилась на долгое ожидание, — поведала она своему спутнику.
— Интересно, а с чего бы это так? — пробормотал красивый мужчина, возможно, в два раза моложе ее.
— Все дело в том, что мы особенные, дорогой, — рассмеялась богатая женщина. — Какие тебе еще нужны причины?
Опал оказался в числе последних, кто подошел к открытой двери. Солдаты внимательно проверяли каждый билет и документы, удостоверяющие личность. Тем временем псевдочеловек в форме стоял рядом с длинной очередью и радостно улыбался. Почему из-за этого существа у него было как-то неспокойно на душе? Дело в лице? Голосе? Нет, Опала беспокоило то, как она смотрела на лица других пассажиров. Ее черные глаза были устремлены лишь на людей.