– Черная жрица. Магистр? Впервые слышу, что среди черных жрецов есть женщина, а ведь я тогда прожил у них три месяца.

– Я тоже ничего о ней не слышал, – подтвердил тот. – Я начал расспрашивать Шантора, но тот больше ничего не сказал. Мне показалось, что он пожалел о своих словах. Должно быть, она сильная магиня.

– Ну, если она считается сильной среди черных жрецов храма Мороб, это кое-что, – отозвался Альмарен. – Что решили на совете?

– Нужно поторопить правителей тионских городов с подготовкой к обороне и убедить их действовать совместно. Здесь есть определенные трудности.

– Если даже уттаки могут действовать совместно, здесь-то какие трудности?

– Ты, я вижу, плохо знаешь Берсерена. Старикашка упрям и самонадеян. Шантор разговаривал с ним по пути на совет, но ни в чем не убедил его. Правитель Келанги, города важнейшего с точки зрения обороны, ведет себя так, будто уттаков и на свете нет.

– А другие?

– Как дела в Босхане, пока неизвестно. Донкар, правитель Кертенка, объявил сбор ополчения. Правитель Цитиона начал постройку новой городской стены, но вряд ли успеет ее закончить. Он просил подвезти в армию побольше магического оружия. Луки изготовит орден Феникса, они это умеют, а мы – мечи и щиты. – Магистр задумался. – Если все пойдет как намечено, объединенная армия через три месяца будет под Келангой. Наше оружие нужно доставить туда к этому сроку.

Он поднялся со стула и зашагал по комнате. Все было сказано, время шло к полуночи, но Магистр не спешил с окончанием беседы. Он молча ходил из угла в угол, будто какая-то мысль не давала ему покоя. Альмарен сопровождал Магистра изучающим взглядом. Ему казалось, что тот хочет сказать ему еще нечто важное, но никак не может решиться.

– Послушай-ка, Альмарен, – вдруг повернулся к нему Магистр. – Ты помнишь легенду о Трех Братьях?

Альмарен ожидал любого вопроса. Только не этого.

– Которую? – растерянно спросил он. – Про Трех Братьев ходит много легенд.