– Понимаю, – сказал Хэвиланд Таф. – А это ужасное существо, эта подводная лодка, этот пожиратель кораблей, ваша напасть – у него есть имя?

– Наморский разрушитель, – сказала Кевира Квай. – Когда он появился впервые, мы исходили из того, что он житель больших глубин, по ошибке выплывший на поверхность. Ведь Намория заселена всего около ста стандартных лет. Мы только начали исследовать глубокие районы моря, и у нас мало сведений об их жителях. Но когда нападениям начало подвергаться все больше кораблей, стало очевидным, что нам придется воевать с целой армией разрушителей.

– С флотом, – поправил Хэвиланд Таф.

Кевира Квай наморщила лоб.

– Пусть так. Целая масса, а не отдельный заблудившийся экземпляр. Исходя из этого, возникла теория, согласно которой глубоко в океане произошла катастрофа, выгнавшая этот вид на поверхность.

– Но вы не слишком верите этой теории, – сказал Таф.

– Никто не верит. Она уже опровергнута. Разрушители были бы не в состоянии выдержать давления на таких глубинах. И вот теперь мы не знаем, откуда они взялись. – Она поморщилась. – Знаем только, что они здесь.

– В самом деле, – сказал Хэвиланд Таф. – Несомненно, вы защищались.

– Конечно. Мужественно, но безнадежно. Намория – молодая планета и не имеет в достаточном количестве ни населения, ни средств для борьбы, в которую мы оказались втянутыми. Три миллиона наморцев живут более чем на семнадцати тысяч маленьких островов, разбросанных по морю. Еще миллион теснится на Нью-Атлантиде, нашем единственном маленьком континенте. Большая часть нашего населения рыбаки и морские фермеры. Когда все это началось, численность наших Хранителей составляла едва пятнадцать тысяч. Наш цех ведет свой род от экипажей кораблей, доставивших колонистов со Старого Посейдона и Аквариуса сюда, на Наморию. Мы защищали жителей, но до появления разрушителей задача наша была куда проще.