Эльф призадумался; нахмуренные брови сошлись домиком над неуловимо изменившимся лицом, в ловких длинных пальцах вращалась из стороны в сторону травинка с алым хохолком.

— Вот даже как… Выходит, что-то я упустил. Ладно, по ходу разберемся. Отсюда до границы восемь дневных переходов на восток. Вельхолы искали меня здесь, всю траву истоптали вокруг утеса, паразиты. Сразу не нашли, значит, будут прочесывать приграничье. Идти будем днем, они не любят солнечный свет, глаза чувствительные.

— Это те серенькие мордашки, что едва не прихлопнули тебя среди бела дня возле утеса?

— Они самые. Пошли, неподалеку есть брод, о котором вельхолы не знают.

Неожиданно в голову Риты постучалась здравая мысль:

— Погоди-ка! Больше недели ходьбы? Да нас же отловят, как слепых котят! Кому бы ты не насолил, но сведения украл важные.

Эльф хитро прищурился, отчего глубокие синие глаза превратились в настоящие бездонные озера:

— Есть у меня идея. Но сейчас рассказывать не стану, потому что обещал старому знакомому никому не говорить о нем без крайней нужды. — Взглянув на мою физиономию, выражающую крайнюю степень любопытства, ехидный блондин добавил: — И не смотри, как лиса на цыпленка, все равно ничего не скажу.

С этими словами остроухий интриган повернулся спиной (нахал!) и, прыгая с камушка на камушек, направился к реке. Небрежно ступая по густой траве, Марго догнала проводника-спасителя возле воды.

Глава 3. Убежище

Даже у самых отъявленных храбрецов случаются срывы, ничто не постоянно. Вдвойне стыдно, если вы прожженный в битвах воин, видели ужасы войны и не помните, когда последний раз радовались мирному небу над головой. Та же боязнь, сковывавшая Джереми, перебралась к бывалым Лурку и Дудли. Из туннеля то и дело слышались перестрелки, перебранка и вновь ревели орудия. Доносились знакомые пугающие голоса Илиморов.