Артур стоял, опустив руки, чувствовал, как быстро-быстро, будто у перепуганного зверька колотится сердце Лили, и пахло от нее, почему-то, растертой меж пальцами травой. Не поднимая глаз, Олег принялся теребить второй шнурок. Артур неловко отстранил Лилю и увидел, что её глаза цвета крепкого байхового чая, переполнены отчаянными слезами. И Артур все понял. И эта догадка произвела на него впечатление покруче попадания в иную реальность...

- Ну что, пожрать мне в этом доме дадут или нет? - с дурацкой бодростью произнес Артур, сбрасывая с ноги ботинки, и поспешно проходя на кухню. Пока Лиля метала угощение на стол, Артур щелкал телевизионным пультом и мечтал, наконец, напиться. Олег принес из бара бутылку виски и мартини для Лили. Небрежно бросив в широкие низкие стаканы лед, Олег щедро плеснул "Black Lable" себе и Артуру, налил вина Лиле, и произнес, обращаясь к тарелке с бастурмой:

- Ну, что, Артур, слава богу, ты жив-здоров, все обошлось, хотя пришлось нам, конечно, понервничать... но, слава богу, все в порядке.

Чокнулись. Выпили. Тиская в тоненьких пальцах с коротко стрижеными ногтями бокал с недопитым вином, Лиля не сводила с Артура байховых глаз, в глубине которых все ещё плескалась безуминка, а на губах у молодой женщины пересыхали тысячи вопросов, и один из них Артур зачем-то прочитал.

- Ну, Артур, - Олег снова наполнил стаканы, и потянулся к сигаретной пачке, - ждем с нетерпением подробного отчета.

После выпитого, Олег немного расслабился, снял очки, и его лицо, неприкрытое тоненькой, благородной оправой, показалось уставшим и разом постаревшим даже в мягком, щадящем кухонном свете. Глядя, как он близоруко щурится, как потирает лоб с боковыми залысинами, как не знает, что ему делать... именно в этот момент, Артур ощутил такую невыносимую жалость и повинность... вину в том, что посмел купить тот проклятый журнал "Mens Helh", что пытался надсмеяться над данными Олегом деньгами, и над самим Олегом... Он ощущал себя виноватым настолько, будто переспал с Лилей на глазах Олега... будто продал весь бриллиантовый мир, вместе с мертвым Бегловым...