«Первому заместителю руководителя особого отдела по расследованию происшествий в сфере псионики Фролову Константину Валентиновичу, — гласили первые строки документа. — В понедельник третьего июля сего года, около пятнадцати часов дня, выполняя Ваше поручение, я двигался по улице Марата в направлении от Кузнечного к Свечному переулку. Возле дома номер 34 я обратил внимание на одного из прохожих: мужчину средних лет азиатской внешности, невысокого роста, одетого в синий спортивный костюм, двигавшегося в попутную мне сторону в нескольких метрах впереди. При попытке просканировать ауру объекта мною было установлено, что аура имеет тщательно замаскированные признаки корректировки…»

— Ты читай, читай, — усмехнулся Призрак, заметив, что Виноградов запнулся и поднял на него удивленный взгляд. — Я велел нашим ребятам докладывать мне в письменной форме о любых подозрительных событиях в городе. Вот и результат.

«…Признаки корректировки. Описание и сканы ауры прилагаю, — продолжил чтение Алексей. — Видимо, почувствовав постороннее воздействие на пси-уровне, объект ускорил шаг и, свернув в ближайший проезд, оторвался от преследования с использованием проходных дворов. Предпринятые мною меры к розыску объекта оказались безрезультатными. По предварительной оценке, сложность воздействия, необходимая для внесения замеченных изменений в структуру энергетического тела человека, соответствует возможностям ментата не ниже пятого уровня».

— Что скажешь? — В глазах Фролова заиграли веселые искорки.

— Что тут можно сказать? — пожал плечами Алексей. — Подозреваемый зашел в лифт и скрылся в неизвестном направлении. Цирк с конями, да и только.

— Вот что, друг ты мой любезный, — хлопнул ладонью по столу Призрак. — Возьми-ка ты парочку наших сотрудников посмышленей да проверь-ка мне этот сигнальчик. Там поблизости много разных строек имеется, так что лица восточной наружности в спортивных шароварах вокруг табунами бегают. Глядишь, и отыщете того беглеца.