Через перископ я увидел момент входа кометы в атмосферу, она, словно бы загорелась красным светом, и стала с каждой секундой разгораться всё ярче и ярче. Наконец комета, оставляя после себя ярко-алый, широченный хвост пламени, пролетела над нашим бункером и мы даже через бетон услышали оглушительный рёв. Думаю, что тем, кто оказался снаружи вне укрытия, в этот момент точно стало не по себе. Всё, наступило время арифметики, а точнее просто секундомера. Мне осталось только увидеть на западе, куда через всё небо пролегла широченная огненная дорога, яркую вспышку и включить секундомер. К тому времени мы все пристегнулись ремнями к креслам и слава Богу, что в каждом бункере имелось по три запасных, на всякий случай. А ещё, слава Богу, что после ярчайшей вспышке на небе, озарившей полнебосклона, никто не стал молотить камнем в толстенный люк нашего бункера. В каком-нибудь хреновом голливудском боевике именно так всё и произошло бы, чтобы мы потом гадали, открывать дверь или нет, когда счёт времени пошел чуть ли не на секунды. Хотя нет, всё же на минуты, если честно. От Москвы до места падения кометы было восемь тысяч километров, а скорость распространения сейсмической волны составляет в среднем восемь километров в секунду, так что подземный толчок мы должны почувствовать не раньше, чем через семнадцать минут.

Какова будет скорость ударной волны никто вообще толком так и не сказал, ведь цифры назывались разные, от двух с половиной и даже до девяти Махов. В общем чем дольше мы будем ждать ударной волны, тем больше шансов на то, что выживем. Вспышку заметили все, а потому наверное каждый боец из группы оперативного реагирования включил секундомер в своём телефоне.