Ненужное на большую часть путешествия освещение погасло. Специальный самодеформирующийся материал, из которого была сделана внешняя обшивка корабля, несколько изменил форму, практически меняя молекулярное строение. Крио-аппаратура опутала единственного пассажира корабля, словно клубок змей, перестраивая метаболические процессы организма и большинство его функций таким образом, чтобы он с минимальными потерями справился с трудностями длительного межзвездного перелета. Веки Риддика медленно сомкнулись.
Как следует выспаться было просто необходимо — уже давно он был лишен такой возможности. В полном комфорте и безопасности пилотского кресла, под наблюдением корабельных систем жизнеобеспечения он мог наконец-то полностью расслабиться, пока небольшой, но надежный корабль продолжал свой полет.
Что, среди прочего, означало и появление сведений обо всех встречающихся на пути обитаемых планетных системах, хотя находящийся на борту человек мог за ними и не наблюдать. Когда на мониторе появилось слово «Фурия», крепко спящий человек в пилотском кресле шевельнулся.
«А еще говорят, что в крио-сне сознание полностью отключается. Сознание — возможно, а подсознание — нет».
Риддик с трудом приоткрыл глаза. С первого же взгляда было ясно, что на борту он по-прежнему один. Ни на экранах, ни на приборах необходимой ему информации не было. Что-то не так. А если и так, то не совсем. Он слышал какой-то голос, — в таких вещах Риддик не ошибался.
На одном из экранов что-то мелькнуло, буквально тень движения. Но на корабле ничто двигаться не должно. Риддик коснулся кнопки, и кресло резко повернулось.