Марина шарахается от них. Альбина говорит горячо: - Ну что ты так раскипятился? - Ты еще спрашиваешь! - отвечает он с несильным, но ощутимым акцентом. - Представь, спрашиваю. - Потому что ты, именно ты всякий раз выбрасываешь лучший материал и вставляешь какую-то пошлость. Ты что, специально портишь наши передачи? - Пошлость... - задумчиво, но как-то с угрозой говорит Альбина. - Да! Да! И ты это знаешь! - Так вот что я тебе скажу, Маркус, - ледяным тоном заявляет Альбина; похоже, Маркус задел ее за живое. - Пусть это пошлость, пусть! Но за нее платят. Именно за нее платят! И у вас, когда вы снимаете про себя, тоже платят только за нее. Попробуй не согласиться! Весь мир стал пошлым. - Свежая мысль, - говорит Маркус; видимо, от волнения его акцент становится сильнее. - Какая есть. Если хочешь знать, то, что тебя так тянет на русскую псевдоэкзотику - это тоже пошлость. Что вы о России знаете? Вы, интеллектуалы западные! Вы до сих пор уверены, что в России все сплошь Достоевские. Ага, как же. Нет здесь Достоевских больше! Распутины есть, мафия есть, проститутки, банкиры из бывших стукачей, киллеры, дилеры, хакеры, байкеры, рокеры - это сколько угодно. А Достоевские - ку-ку! - Но ведь этот человек - тоже есть! - Этот человек из прошлого века, а у нас передача о новых людях России. Новых! Да, пошлых, да, бессовестных - ради Бога! Пусть! Но за ними будущее. И это они платят, они! Сегодня, сейчас платят. И завтра будут платить. А философ этот доморощенный... Он просто умрет с голоду. Я же видела, у него один кусок черствого хлеба в холодильнике, даже чаю нет, кипяток пьет... - Может быть, эта передача сделала бы ему и его открытиям рекламу, помогла бы выжить! - Не смеши. Реклама открытий... я умру от смеха. Катя открыла для себя новые прокладки! - У тебя нет сердца... - Есть, и абсолютно такое же, как у тебя. Тук-тук, гонит кровь от желудка к мозгам и обратно.