— Откуда я мог знать, что две эти грымзы — твои бабушки? — защищался Руслан. — У тебя другая фамилия.

Разве догадаешься? В сущности, ты сама виновата. Могла бы познакомить меня со своей родней заблаговременно.

— Не собираюсь я тебя ни с кем знакомить! — заявила Настя, нервно теребя пару перчаток.

Руслану она казалась особенно красивой после того, как он получил от ворот поворот.

— Настенька, я, конечно, верю в телекинез и прочие чудеса природы, но близко к сердцу все это не принимаю.

Если ты всерьез считаешь, что проклятие, адресованное твоей прабабке, передается по наследству, то я, конечно, могу сходить с тобой к экстрасенсу…

— Нет! — перебила Настя. — Самый лучший выход для нас — вообще перестать встречаться. Нам и сегодня не стоило видеться тет-а-тет. Нужно было ограничиться телефонным разговором.

— А если я хочу видеться с тобой? — негромко, почти интимно проговорил Руслан, и Настя застонала и схватилась за щеку, словно у нее заболел зуб.

— Я выбрала тебя только потому, что ты — самый легкомысленный мужчина из всех, кого я встречала в своей жизни! По крайней мере, был таким, — сказала она. — Я наводила о тебе справки.

— Да-а-а?

— Да! Мне говорили, что в твоих руках женщины похожи на песок: ты набираешь их целыми горстями, а они в считанные секунды просачиваются сквозь пальцы.

— Редкая болезнь, — усмехнулся Руслан. — Недержание женщин Они стояли на краю Тверского, не обращая внимания на начавший накрапывать дождь и бегущих прохожих.