Лея не могла понять, что он имел в виду. Как посмеют похитители сделать "все что угодно" с детьми, если их традиции запрещают им трогать детей?

- Ваш вирвулф, - наконец сказала она. - Вы боитесь, что они принесут в жертву вашего вирвулфа!

Мистер Айон посмотрел ей в глаза и ничего не ответил.

- Это не местное похищение, - твердо сказала Лея. - Неужели вы не понимаете, что никто из жителей Манто Кодру не мог бы сделать такое!

- Вы уверены, мадам?

Лея чувствовала себя такой усталой и подавленной, что продолжать этот спор с управляющим ей не хотелось. Она закрыла глаза.

Мистер Айон похлопал двумя левыми руками. Вошел один из его помощников, неся поднос, на котором стояли изящный старинный кувшин резного камня, чашка и блюдо с кексами. Сквозь тонкие стенки чашки сиял свет, резьба переливалась жидким золотом.

- Я взял на себя смелость распорядиться насчет чая, - сказал мистер Айон. - Он очень успокаивает.

Лея целый день ничего не ела. Еще минуту назад она была уверена, что уже никогда не сможет есть. Но когда она вдохнула тонкий аромат чая, ее пересохшие губы увлажнились, а когда взглянула на нежнейшие ореховые кексы, желудок довольно неэстетично заурчал.

- Благодарю вас, мистер Айон, - сказала Лея, обрадовавшись этому перерыву в их тягостном споре. - Но вы не позаботились насчет чашки для себя. Возьмите там, в буфете.

- Я уже перекусил, мадам.

- Я настаиваю, мистер Айон, - сказала Лея, вдруг опять испытав невольное подозрение по отношению к нему.

Помощник принес другую чашку, наполнил ее чаем и ушел. Лея взяла свою чашку и кусочек кекса.

- Это лучшие кексы нашего кондитера, - светским тоном сказала она. - Вы когда-нибудь их пробовали?

Кекс растаял у нее во рту, оставив приятный вкус.

- Я не могу есть сладкое, мадам, - вздохнул управляющий. - Но с удовольствием выпью с вами чашку чая.