Не хотите?.. Не надо. Добро пожаловать на биржу труда, в очередь за мизерным пособием, в небритую, пьяную компанию из нескольких десятков миллионов таких же принципиальных неудачников. Когда я говорю обо всем этом Соломе, тот морщится и с сомнением качает головой. Он уверен, что мир устроен разумней, чем мне представляется, но никогда не спорит.

Как бы там ни был устроен мир, я вышел из кабинета в приемную, провел ладонью по влажному лбу и передернул плечами.

- Господи, у меня от нее мурашки по коже!

Аня ждала своей очереди на экзекуцию, сжимая в руках пухлую синюю папку с недельным отчетом. Глупое предписание дублировать отчеты на бумаге все еще в силе. Большинство руководителей среднего звена, этих бездарных чинуш-менеджеров, на которых держится весь аппарат российской государственности, просто не умеет пользоваться компьютерами. К тому же толщина папки свидетельствует о проделанной работе, а все эти килобайты, как говорил мой прежний шеф, "дело мутное".

- Не поминай имя Господа всуе, Лир.

Строгий брючный костюм черного цвета скрывает тонкую золотую цепочку и изящный маленький крестик на груди. Анна, Аня, Анечка - новообращенная неокатоличка и, как ни странно, самая здравомыслящая в нашем отделе. Впрочем, она не проработала еще и месяца. Солома говорит, что суровая, но объективная реальность еще не успела поколебать ее моральные устои и заставить относится к чужим проблемам наплевательски. Я не согласен, но тоже не спорю.

Высказанное Анной замечание сложно интерпретировать как попытку меня приободрить, но она сочувственно подмигнула. Неужели я так жалко выгляжу?

Я решительно расправил плечи, точнее попытался расправить - все что можно. Немного, конечно, как это не прискорбно. Чего вы хотите от человека, который по пятнадцать часов в день проводит за компьютером? Если видели когда-нибудь компьютерщиков, то наверняка я не обману ваших ожиданий. Впрочем, бывают и исключения, но это уже не про меня. Отжаться перед сном пятьдесят раз - предел моих былых спортивных достижений и самых дерзких амбиций.