Ему почти удалось получить изображение предмета, который держал в руке сидящий арамит, скорее всего, Вожак Стаи, которого он и искал раньше. Однако из-за нетерпения, желая все же разглядеть предмет, он несколько отвлекся от контроля за изображением. Изображение опять закачалось и… превратилось в неразборчивое, расплывчатое пятно.

— Ччччтоб тебя, вредное ззззеркало… — прорычал он, забыв в своем гневе и о себе, и о нависшей над ним опасности.

Как только он почувствовал, что его гибель становится реальностью, языки пламени начали лизать множество изображений лагеря волков-рейдеров. В ярости он махнул хвостом, шарахнув им но противоположной стене, где более дюжины одинаковых квелей уставились в темные глаза более дюжины одинаковых молодых командиров, каждый из которых отстегивал от пояса стек около фута длиной. Следующая вспышка пламени опалила изображение двух десятков солдат, рыщущих среди хрустально сверкающих скал. В бешенстве своем наблюдателю даже не пришло в голову задуматься о том, что они ищут.

Его глаза налились кровью, и он вновь замахнулся, чтобы хлестануть хвостом. В это время изображение волков-рейдеров потускнело и исчезло. На короткое мгновение комната погрузилась во мрак. Минуту спустя на тускло-серых стенах появилось новое изображение. Огонь, горевший в нем, внезапно угас. Замерев, он уставился на легион морд взбешенных рептилий. Они, в свою очередь, уставились на него. Поблескивающий ряд ужасных голов с одним и тем же выражением удивления и ужаса, которые испытывал и он сам. Зубастые пасти были раскрыты, и из них, время от времени, появлялись раздвоенные языки. Взгляд узких нечеловеческих глаз обжигал. Шкура, напоминающая драгоценный камень, переливалась в такт прерывистому дыханию. Жесткие крылья расправлялись и складывались.

Он отпрянул от отвратительного зрелища, но куда уйти от факта, что это его собственное отражение?