Но все же Беорг нервничал. Вождь Хеафстаг был его главным соперником за тундру, возглавлявшим хорошо обученные, дисциплинированные отряды, числом не уступавшие его собственным. В отличие от обычных налетов, план Беорга предусматривал полное завоевание Десяти Городов, с пленением выживших рыбаков и захватом богатств, которые они добыли из озер.

Беорг считал это для своих людей хорошей возможностью отказаться от их сомнительного кочевого существования и обрести роскошь, которой они никогда не знали. Теперь все зависело от согласия Хеафстага, жестокого тирана которого интересовала только собственная слава и возможность быстрой наживы.

Беорг знал, что даже если они добьются победы над Десятью Городами, ему придется иметь дело со своим соперником, который не откажется так легко от лакомого куска. Но на этой тропинке они встретятся потом, а сейчас главной проблемой было начать завоевания, и если Хеафстаг откажется, более мелкие племена будут расколоты на две части, и межплеменная война могла начаться уже завтрашним утром. Это могло отложить сильный отпечаток на судьбу их народа, и даже те из варваров кто смог бы выжить после сражения, вынуждены были – бы противостоять надвигающейся жестокой зиме: северный олень уже ушел в южные земли, и в пещерах по маршруту следования не было подготовлено припасов. Хеафстаг был хитрым вожаком; он наверняка знал, что к этому дню все племена были вынуждены следовать плану, но Беорг не знал какие требования выдвинет его соперник. Беорга утешал тот факт, что среди племен не возникало никаких конфликтов. И действительно собравшиеся в Хенгороте этой ночью племена мирно братались и веселились, напившись отличного меда. Ставка Беорга была на то, что племена объединятся перед общим врагом и соблазняться обещанием долгого процветания. Все шло по плану… пока.