Голова ненадолго скрылась под водой и появилась уже в белокуром парике с криво заплетенными косичками.

— Так чего тебе надо-то, радость моя?

— Чтоб в окрестностях Гондора к утру ни одного орка не осталось, — невозмутимо ответила Арвен. Голова аж захлебнулась от изумления.

— А ты случайно головой не ударилась, нет? Я слышал, что твой папаша никогда шлема не надевал… может, у вас это наследственное, а?

— Поговори у меня еще, вообще в Мордор пойдешь, — ласково парировала эльфячья принцесса. — Мое дело приказать, твое — сделать. Давай, одна нога в Лихолесье, другая — в Осгилиате. По окончании доложишь.

— Элберет твою Гилтониэль, — вздохнула голова, исчезая.

Арвен щедро выплеснула воду из тазика в окно. Из окна послышался бодрый роханский мат вперемешку с ржанием. Судя по интонации, лошадь хотела сказать то же самое, что и наездник.

Ночью Арагорн не спал. То ли волнение мешало, то ли беспокойство о государстве, то ли долбанутые эльфы, всю ночь воющие под окнами такими голосами, что Арагорн всерьез задумался — а могут ли эльфы в принципе быть отцами? Пребывая в задумчивости, он посмотрел на дверь спальни… и подпрыгнул на добрых полтора метра.

— А, это ты дорогая, — пробормотал он, приходя в себя. Совет Денетора насчет мешка вдруг показался ему крайне привлекательным.

Ушастая эльфийка приветливо оскалилась, затем достала вчерашний кувшинчик, налила воды в тазик… умылась… подумала…

— Элберет… (далее по тексту). Явите мне Леголаса… раз уж Глорфинделя нет.

Арагорн уже не удивился, когда из тазика вынырнула белокурая голова и, отплевываясь, уставилась на Арвен.

— Чего изво… ай, барлог меня подери! — бледная рука яростно потерла глаза. — Неужели трудно было налить чистую воду?

Арвен проигнорировала его жалобы.

— Как там орки?

— Как-как… — Леголас поднял руки, подтянулся и вылез из таза. — Пишите письма на тот свет. Хэл с ребятами постарались. Кстати, они спрашивали, ездят ли орки на лошадях. А, Бродяжник, привет, — эльф подмигнул Арагорну. — А вы, я вижу, знакомы?