Ариэна тоже любила Трёхостровье, хотя прожила там совсем недолго. Она не могла допустить, чтобы Ди-Милон снова превратился в Разбойничьи Острова. Может, она действительно была из рода тамошних правителей? Ариэна не хотела тратить магическую силу на копание в прошлом. Она не знала, что её так влечёт на этот маленький архипелаг — зов далёких предков или просто унаследованная от матери любовь к морю и затерявшимся между небом и морем островам. Осколки бытия между двумя безднами… Иногда они надолго погружаются в туман и превращаются в острова-призраки. Фрагменты Междумирья в причудливо смятой и прогрызенной червем-временем ткани мироздания. Острова-иллюзии, которые то и дело растворяются в тумане, а потом заново рождаются из мерцающего хаоса, сияя чистыми, прозрачными красками, словно чья-то заветная мечта, ожившая и ставшая реальностью… Ариэна знала одно: Ди-Милон — это место, где ей хотелось бы жить. Пристанище, куда она бежала сквозь тьму по дорожке звёздных бликов — тропе, которую ей указала богиня. Ди-Милон — иллюзия, ставшая по её воле реальностью. Она полюбила его сразу. И сразу поняла, что это место, где она будет счастлива.

"Я должна что-то придумать, — лихорадочно размышляла Ариэна. — Лучше не трогать воинов и вообще не будоражить народ. Может, отправиться туда одной и наводнить берег призраками?"

Подумав, она поняла, что этот план не годится. Туманом этих лиммеринских бродяг не больно-то напугаешь. Да и сколько она сможет лепить из него призраки? День? Два? Рано или поздно она всё равно устанет, а призраки так быстро тают в воздухе.