Спустя секунду опустился на колени Погонщик Тумана, за ним Тень Сновидения, но мальчика она по-прежнему прижимала к себе.

Высокий силуэт Царицы заслонил обе луны. Она молча разглядывала всех троих и добычу Айоха. Журчание ручья, шорох травы - все звуки медленно таяли, исчезали, и вскоре им начало казаться, будто они слышат даже шипение северных огней.

Наконец Айох прошептал:

- Я хорошо поступил, Праматерь Звезд?

- Если ты украл ребенка в том лагере, где множество машин, - донесся до них ее прекрасный голос, - то эти люди наверняка с дальнего юга, и они, возможно, отнесутся к пропаже не так покорно, как фермеры.

- Но что они могут сделать, Создательница Снега? - спросил пэк. - Как они нас выследят?

Погонщик Тумана поднял голову и с гордостью произнес:

- Кроме того, теперь и они почувствовали страх перед нами.

- И он такой милый, - сказала Тень Сновидения. - Нам ведь нужны такие, как он, да, Повелительница Неба?

- Время от времени это должно случаться, - донесся с высоты голос Царицы. - Примите дитя и позаботьтесь о нем. Этим знамением... - она взмахнула рукой, совершив несколько сложных движений, - мальчик объявляется Истинным Обитателем.

Их радость наконец выплеснулась наружу. Перекатившись по земле кувырком, Айох врезался в дерево, затем вскарабкался по стволу дрожелиста, уселся на сук, скрывшись в беспокойной бледной листве, и ликующе заклекотал. Юноша и девушка с младенцем на руках двинулись к Кархеддину легкой, подпрыгивающей походкой. Он снова заиграл на флейте, а она запела:

Уайяй, уайяй!

Уайала-лай!

Взлети на ветру,

Высоко в небеса,

С пронзительным звонким свистом

И упади вместе с дождем,

Сквозь непогоду промчав,

Нырни к деревьям под луной,

Где тени тяжелы, как сны,