— Вот письмо от его сиятельства графа Рукавишникова! — Мойша Лейбович протягивает мне небольшой запечатанный конверт.
— Александра Михайловича? Это когда он графом стал? — удивляюсь, проверяя целостность печатей. Хм, а символ на них какой-то странный — нечто, напоминающее микроскоп.
— В октябре прошлого года! — отвечает Шнирельман и, закатив глаза, цитирует: — В ознаменование выдающихся заслуг перед государством и в связи с днем ангела!
— Ну-с, посмотрим, что его сиятельство написать изволили… — достаю из конверта несколько листков бумаги.
«Превед, кроссавчегг!» — стоит сверху на первой странице. На секунду кажется, что реальность вокруг начинает мерцать. Но нет — показалось. Давненько ко мне таким образом не обращались! Ну, блин, Димыч и шутник! Впрочем — это отличная кодовая фраза. Сразу становится понятным — письмо действительно написано своим.
«Серега, ты в натуре крут, как вареное яйцо! Про твое пиратство все газеты мира пишут. Маладца! Но мы здесь тоже на жопе ровно не сидели. Подробности в хронологическом порядке на следующих страницах (с пятой по двенадцатую).
А пока слушай сюда: Мойша прибыл, чтобы обеспечить тебя прямой связью с Москвой! На зафрахтованном нами пароходе с проверенной надежной командой (не смотри, что немецком — это для отвода глаз), задекларированное как сельскохозяйственные машины, находится оборудование для монтажа радиотелеграфной станции. Мойша принимал в создании самое непосредственное участие и сам вызвался доставить ее тебе, смонтировать, проверить и настроить. Так что — до связи в эфире!
Эх, чуть не забыл! На страницах со второй по четвертую — кодовые таблицы. Это на всякий случай — никто нас не услышит, но вдруг…
Подпись: Димыч.
P. S. А сейчас сюрприз!»
Ниже нарисован смайлик. И что за сюрприз может быть круче прямой радиосвязи на девять тысяч километров? Даже в мое время такое было на грани фантастики, пока не появились спутники. Да и вообще — не побоялся Димка письмо с таким текстом через полмира отправлять?