– Вот за что я тебя обожаю, угнетенная ты моя, так это за изысканность речи. Ну ладно, слышу – ты в порядке. Включи мобильник, созвонимся позже. Мне пора бежать, все наши уже в автобусе, ждут меня. Едем дальше. Пока! – в трубке запищали гудки отбоя.

Кто бы мне сказал еще год назад, что я вот так буду общаться с самым закрытым персонажем нашего шоу-бизнеса, – пожалела бы убогого, всплакнула над его трудной судьбой психа. Алексей Майоров – живая легенда, загадочный и неприступный, яркий и эксцентричный, неизменно вежлив и отстраненно-замкнут. Никто толком ничего не знает о его личной жизни, и недостаток информации восполняется самыми безумными сплетнями и слухами. Толпы его фанаток не редеют, причем многие из них так и не повзрослели, по-моему. Вот на что уж Жанка Евсеева сходила по нему с ума – но ведь прошло все, вот, замужем, бизнес свой, дела. А у других поклонниц болезнь приняла затяжную форму, и продолжают они, не глядя на возраст, таскаться за своим кумиром повсюду. Некоторых из них Алексей уже знает в лицо, а к особо буйным приходилось применять довольно жесткие меры. Но по-прежнему он собирает полные залы и купается в обожании публики.

Однако всегда он был для меня чем-то вроде виртуального персонажа. Пугачева, Лель, Газманов, Майоров – сплетни о них меня не волновали никогда, поскольку существовали они в параллельном мире, который никогда не мог пересечься с моим.

Пока однажды не решили мы с Илюхой Рискиным попить в очередной раз вместе кофейку. И зашел у нас разговор о современном шоу-бизнесе. Такие разговоры частенько к нам заходили, но так же благополучно уходили. Но в этот раз все получилось иначе. Когда я принялась хихикать по поводу текстовочек нынешних песенных опусов, Илюха возьми и скажи:

– Не прикалывается над этим убожеством только ленивый, а ты вот сама попробуй написать что-нибудь, на твой взгляд, приемлемое.