Время для Рингалла тянулось невообразимо медленно, он ощущал, как его распирает исходящая изнутри энергия. Все поплыло перед глазами, зрение перекрыла жуткая кроваво-красная пелена, но ему и не требовалось видеть врагов - таинственным образом он чувствовал каждое их движение. Ненависть охватила разум вождя пиктов, и он с ревом прыгнул вперед. Мир перестал существовать - был лишь он сам и враждебный универсум, который следовало разрушать бесконечные тысячелетия, падая замертво и вновь возрождаясь для битвы.

Никому не дано остановить берсеркера! Стражник рубанул мечом, целясь в шею Рингалла, но тот молниеносно пригнулся, а затем распрямился, нанося удар кулаком под подбородок противника. Раздался хруст, и вампир с почти оторванной головою упал. Двое других мгновенно бросились к варвару со спины, но клинки вновь рассекли лишь воздух - неведомо как пикт ощутил угрозу и, не поворачиваясь, увернулся. Один из стражников ухватил его за обрывок цепи, тянувшийся от кольца на шее, но пикт резко повернулся к врагам лицом, и рука вампира, со страшной силой вырванная из плечевого сустава, отлетела в одну сторону, а ее хозяин с бесформенным месивом вместо лица - в другую. Тут же меч третьего противника задел бедро Рингалла. Тот, не чувствуя боли, ухватил вампира обеими руками и поднял над собою. Раздался жуткий звук разрываемой плоти и разламываемых костей, слившийся с воплем ужаса стражника и ревом берсеркера - и по обе стороны от пикта упали страшные бесформенные массы. Рингалл, по прежнему не чувствовавший ни боли, ни усталости, развернулся к входу в темницу, где появилось еще несколько вампиров, очевидно - эскорт, который должен был сопровождать пленника в цитадель Хейда.