Окончательно он определился, когда его однополчанина майора Нестерова запорола в подворотне шпана. Майор спасал жизнь незнакомой женщине. Он ринулся, не раздумывая, ибо знал, что обязан защитить человека, тем более беспомощную женщину. И бился до последнего с семерыми. Они бы так и не взяли его, если бы майор не подставил им спину. Удар ножом в спину — коронный трюк подонков. Нестеров, прошедший весь Афган, не раз выходивший из безвыходных ситуаций, нашел свою смерть в заплеванном, грязном московском переулке. Тогда-то Косарев ясно понял — «духи» есть не только в Афгане.

В девяносто третьем году капитан запаса Косарев переступил порог отдела кадров областного УВД. Старший лейтенант-кадровик смотрел на него с какой-то смущенной жалостью.

— Да, Сергей Валентинович, мы, конечно, рассмотрим… Но. Вы же понимаете, требования к здоровью сотрудников МВД не ниже, чем в армии. А у вас…

Он растерянно ткнул пальцем в заключение военно-врачебной комиссии:

— Вторая группа, все-таки, — развел руками кадровик.

— Я здоров.

— Но…

— Никаких «но», старлей. Я здоров.

— Кадровик поморщился. Н

— Если вы настаиваете. Надо новое решение ВТЭКД Потом мы проведем спецпроверку. Потом медкомиссия. Потом…

— Хватит болтать. Делай свое дело.

Через четыре месяца Косареву было присвоено специальное звание капитана милиции. Сначала его назначили заместителем начальника отделения милиции по кадрам. Но через три месяца он кинулся на передовую — в уголовный розыск.

Дела у Косарева сразу пошли успешно. Оказалось, что в нем дремали недюжинные способности к оперработе. Кроме, того, в нем была злая целеустремленность, позволявшая ставить на место даже самых наглых «клиентов», раскалывать самых отпетых уголовников. Эта его злость настораживала даже коллег и заставляла относиться к «афганцу» с некоторой опаской. Ну а еще — Косарев "играл не по правилам ".