– Эээ… Привет, – Я почему-то смутилась, словно меня застукали на месте преступления. – Ты тут какими судьбами?

– Здравствуй. Я шла мимо, – Голос девушки был лишён всех интонаций, да и смотрела она сквозь меня, будто пьяная. Это напрягало.

– Кар, слушай, а ты лунатизмом не страдаешь, нет? А валерьянки на ночь много выпила? И вообще, ты знаешь, сколько сейчас времени?

– Нет. Нет, не пила. Два часа пополуночи.

– А коноплю не курила? Кар, это вредно, от этого глюки бывают. Ты меня хорошо видишь?

– Не курила. Вижу хорошо, – То, как методично она ответила на все вопросы, не проявив при этом и толики своей обычной стервозности, окончательно убедило меня, что что-то здесь неладно. Хотя… в данный момент у ситуации были и свои плюсы.

– А можно я на завтра твои сапоги возьму.

– Да.

– А на послезавтра? Ну, на весь турнир, пока свои не починю!

– Да.

Та-а-ак… Что-то уж совсем странное. Даёт мне свои вещи и ничего не требует взамен. И даже хамить не пытается… Это лечить надо! Потом, после турнира.

– А можно я их сейчас возьму? Ты мне ключ от комнаты дашь?

– Там открыто. Бери всё, что хочешь.

Я настолько обалдела, что убежала не попрощавшись. Зазомбировали её, что ли? Или закодировали? Только вот не слышала я, чтоб от хамства кодировали. Или это такой новый способ заманить меня в ловушку, чтоб потом вволю поиздеваться? Но комната Кардинн действительно была открыта, замаскированные капканы у порога не стояли, взведённые самострелы в углах не прятались, да и вожделенные сапоги не были прибиты к полу.

Но ощущение скрытого подвоха только усилилось.

– А завтра утром она поднимет на уши всю Академию и будет орать, что её ограбили. Взяли сапоги, вечернее платье, кольцо-печатку и треснутую чернильницу. Точнее, две. И три сапога, – мрачно пробормотала я, заваливаясь спать, – И разбудит меня городская стража… нет, внешняя, я же из Тангара.