— Я не против.

По дороге они почти не разговаривали. Ульвхедин был неспокоен, от него волнами исходила тревога.

Это добром не кончится, думал Альв. Нельзя отдавать ему сокровище, но что делать? Оно принадлежит ему, а он сейчас в таком состоянии, что с ним лучше не спорить. Только Элиса могла бы совладать с ним, но ее здесь нет…

Ульвхедин был всего на три года старше Альва, однако их разделяло как будто целое поколение. Ульвхедином двигали силы, о которых остальные члены рода не имели никакого понятия. Вот уже много лет он вел добродетельную жизнь, отчасти благодаря Элисе, отчасти — Виллему, но главным образом, благодаря собственной воле. Ему хотелось стать новым Тенгелем Добрым, и он стал им. Но сейчас Альв невольно вспомнил юность Ульвхедина, когда тот убивал всех подряд, не задумываясь о горе и ущербе, которые причинял людям.

Ни за что на свете Альв не осмелился бы перечить ему в эту минуту. Вид Ульвхедина не внушал ему доверия. В желтых кошачьих глазах горела решимость.

— Я пошел, — сказал Альв.

Ульвхедин кивнул.

В ожидании он оглядывал пустынную усадьбу. Все содержалось в отменном порядке, вскоре сюда должен был приехать управляющий. Липы по обеим сторонам аллеи сильно разрослись. Одни состарились и были заменены молодыми деревьями, другие сохранились — кора их была похожа на слоновью кожу, раскидистые ветви покрывала молодая листва. Даже теперь, полтора века спустя, аллея внушала уважение.

Ульвхедин задумался. Он прикоснулся к бревенчатой стене, и ему показалось, что дух Тенгеля Доброго стоит рядом с ним. Когда-то, приехав в Линде-аллее, Тенгель в первый вечер ходил по усадьбе и трогал эти бревна, чтобы убедиться, что дом принадлежит ему.

Ульвхедин видел их, своих далеких предков. Веселая и счастливая Силье ходила между постройками. Суль кралась из дома к лесу со своими целебными снадобьями. Работник Клаус преследовал Мету. Она убежала, и Аре поехал за напуганной девушкой — она вернулась домой уже его невестой.