- А он...

- Да, - кивнул Чернов. - Помочь ему я все равно не мог. И нам обоим казалось, что это очень важно - доставить на Землю информацию о биосфере планеты. Да, это было самое важное.

Буняк ничего не сказал.

- Мы служили Земле, - продолжал Чернов. - Мне было нелегко, но поступить иначе я не мог. Сейчас, находясь среди людей, которых эта информация вряд ли интересует, я смотрю на все по-другому. Но тогда нам казалось, что это единственное решение.

Буняк молчал.

- Теперь я смотрю на все по-другому, - повторил Чернов. - Вполне возможно, он уже тогда понимал, что так будет. Просто притворялся ради меня. И то, что я его бросил...

- Не надо, - сказал Буняк. - Вам было труднее. Он был обречен, вы были бессильны.

Чернов не ответил. Он смотрел в окно, в просвет между деревьями.

- Тем, кто бессилен, труднее, - повторил Буняк. - Мы тоже бессильны.

Над далекими куполами стояло небо. Голубое небо-убийца.

- Нет, я не согласен, - сказал наконец Чернов. - Я все понял, но я не согласен. Действительно, человечество нам ничем не обязано. Для Земли мой товарищ - один из миллиардов. Пусть так. Но ведь были другие.

- Кто?

- Разве мало выдающихся людей жило на Земле во все эпохи? - сказал Чернов. - Людей, без которых ваш мир был бы иным? Без которых он был бы гораздо хуже, чем сейчас?..

- Не забывайте о возрастном пределе, - предупредил Буняк. - Не старше тридцати лет.

- Все равно. Лермонтов, Галуа... Таких очень много.

- Да, - согласился Буняк. - В этом вся сложность.

- Нет, - сказал Чернов. - Все равно их можно перечислить по пальцам. Дело не в количестве. Но вы... Вы... - Чернов запнулся, нужное слово было, но он не сразу смог его произнести. - _Вы ничего не помните_!..