Язык у него был подвешен хорошо, и Нуга, несомненно, обладал незаурядным даром убеждения. Увы, таких, как он, велеречивых дельцов, пусть и без откровенно криминального прошлого, среди будущих депутатов предыдущей Думы оказалось более чем достаточно.

Ничем не лучше для избирателей стал "независимый" депутат, говорливый и улыбчивый биржевик Яровой, рьяный поборник экономической свободы (для себя любимого). Пар его предвыборных речей благополучно ушел в свисток. А запомнится он своим наивным избирателям исключительно нежной дружбой с вечной пламенной контрреволюционеркой Ксенией Стародворской.

Обнищавшие из-за таких предпринимателей, как Нуга и Яровой, люди, жаждали "экономического чуда" и рады были обманываться. Ни главный конкурент Джанашвили в его одномандатном округе - демократ из экономической элиты, ни еще один конкурент, представитель коммунистов, не смогли ничего противопоставить мощной избирательной кампании, в которую Нугзар вложил несколько сот тысяч долларов. В конечном счете Джанашвили набрал около шестидесяти процентов голосов и достиг чего добивался: стал депутатом.

Сразу же после избрания он вошел в одну из проправительственных думских фракций, и она, учитывая большой вес Джанашвили в финансовой сфере, выдвинула его кандидатуру в заместители председателя комитета Госдумы по финансам.

О большем Нугзару и не мечталось. На новой должности перед ним открылись необозримые перспективы. Джанашвили быстро укрепил свои зарубежные связи и начал торговать Россией на полную катушку.

Но через год, к досаде Нугзара, его международные махинации стали пробуксовывать: российская прокуратура наконец-то добралась и до него. Сначала у Джанашвили сорвалось выгодное соглашение с американцами о предоставлении кредитов для развития новых нефтяных месторождений.