- Понял... - кивнул враз погрустневший Бахрушин. Ему стало ясно, что ни на какие Багамы ни с какой знойной телкой в ближайшие дни, а то и недели он не попадет.
С тех пор как Нугзар Джанашвили оказался на самой верхотуре власти, у него не было страшнее и опаснее конкурента, чем Аркадий Романович Велихов. Последний, даже находясь в бегах один черт знает где, все равно умудрялся оказывать влияние на Семью Президента: ведь через его руки проходили все их теневые и полуофициальные расходы. Из олигархов-банкиров Велихов по-прежнему оставался наиболее приближенным к Семье. А в нынешние времена, когда Президент был последней инстанцией в решении многих вопросов, входить в его "семейный" круг дорогого стоит.
Джанашвили мечтал оттеснить Велихова и занять его место. Все предпосылки для этого имелись. Не хватало лишь одного: той единственной, но по-настоящему крутой информации, которая помогла бы Нугзару отстранить Велихова от контроля за российской нефтью и тем самым подрубить корни его финансового могущества.
Теперь у Джанашвили на руках были все необходимые козыри. Оставалось только найти Велихова, встретиться с ним и предъявить эти козыри ему. Нуга был уверен: Аркадий Романович, как умный человек, поняв, что проиграл, вряд ли станет лезть в бутылку и, скорее всего, уступит ему, Нугзару, принадлежащие Велихову пакеты акций "Роснефти". Остальное было бы делом техники...
Бахрушин без труда доказал, что не напрасно получает свой солидный оклад, положенный ему Джанашвили: через три дня главный охранник доложил шефу, что нашел следы Велихова. Для этого ему понадобилось прошерстить чуть ли не всех своих информаторов, потратить на них несколько тысяч долларов - и тогда один из чиновников президентской администрации проговорился: дескать, слышал, что дочь Президента часто звонит в Париж и что разговаривает она не с кем иным, как с Велиховым.