— Ну вот, пришли, ни одной живой души, а ты меня уже притащил, — недовольно заныла Дина, когда в куче мешков с землей и бесконечных ящиков с различными растениями не увидела ни одного рабочего.
— Рабочие свое дело сделали, теперь мы будем сажать, — улыбаясь во все свое красное лицо, воодушевленно сказал барон. Энергия так и лилась из него, похоже, что он действительно хотел сам посадить все эти многочисленные растения в свою оранжерею.
— Пап! Ну почему оранжерея? Тут и так всякой травы навалом, на улице ступить некуда, везде что-то растет. Надо было картинную галерею сделать. А что, повесил картинки и все, есть не просят, висят себе тихонечко и никому жить не мешают, — в надежде вразумить отца ныла Дина.
— Так, во-первых, для картин тут слишком солнечно, а во-вторых, труд сделал из обезьяны человека, вот и ты бери лопату и вон туда насыпь земли, этих чудных красавцев я посажу здесь, — барон взял какой-то кустик с крупными оранжево-красными цветами и всей грудью вдохнул их аромат.
Нет, если уж задумал оранжерею, то ничто не собьет его с пути.
— Ага, ты еще скажи, что это было на Земле, — хихикнула Дина и принялась насыпать землю в лоток для цветов.
— Если обезьяна стала человеком с помощью труда, то что сделало из человека ламарян, эсимов, таонцев, — не унималась Дина.
— Что за глупый вопрос, Дина? Ты же прекрасно знаешь историю…
— Ага. Однажды Земля остановилась, — глухим трагичным голосом начала она цитировать свой учебник по истории Целистики.
— Хватит дурачиться, давай, теперь сюда побольше удобрений.
Ты знаешь, что эти цветы очень любят удобренную почву? — барон вернул к реальности дочь. Он уже прекрасно знал все ее уловки и приемчики как увильнуть от работы. Сначала она очень медленно собирается и все время ноет в надежде, что терпение отца лопнет, и он оставит ее в покое. Если это не помогает, то она закидывает его бесконечными вопросами, отвечая на которые, он сам путается настолько, что уже не может понять, что есть факты, а что вымысел. В итоге, барон опять нервничает и в сердцах выгоняет нерадивую дочь на все четыре стороны до ужина. Ну и третье, она становиться хорошей дочкой и беспрекословно выполняет все просьбы отца. Сердце старика не выдерживает такой радости и драгоценнейшее сокровище и кровиночка может делать все, что ей взбредет в голову.