— Хы, ну будто вчера родился. Вон двери, видишь? Туда и ломись.

Он окинул взглядом новый предложенный ему путь. Месиво из нервных, взвинченных дорогой людей. Его охватила паника. Быстро преодолеть этот маршрут было абсолютно нереально! Вот тогда он окончательно понял, что всё рухнуло.

Состояние напоминало невесомость, хотя откуда он мог знать, что чувствует человек в невесомости? Мутило, к горлу подкатывал огромный надувной мяч, путались мысли. Казалось, автобус падает. Наверное, всё это происходило от духоты. Или от отчаяния.

По правде говоря, он был ещё не сломлен. Постепенно пробирался к другим дверям, пользуясь малейшими уступками толпы, потому что выходить-то всё равно когда-нибудь придется…

— Не спать! — громко предупредил водитель. — Следующая остановка Боксёрский тупик.

Пленник встрепенулся. Как? Боксёрский тупик? Выглянув из-за чьего-то плеча, он посмотрел наружу сквозь пыльное стекло. Действительно — знакомые кварталы. Здесь жил Борис Сергеевич — или Боксёр, как прозвали его любящие ученики, — школьный учитель, светлое пятно детских воспоминаний. Это был первый в жизни товарищ из взрослых. И пока единственный. Неожиданно возникшее желание увидеть постаревшего наставника подстегнуло сникшую волю. Бывают минуты, когда дико хочется, чтобы хоть кто-нибудь тебя утешил.

— Если боишься встречи с дорожным инспектором после выпитой рюмки пива, нужно запить её кружкой водки, — натужно пошутил водитель.

Автобус подкатил к тротуару. Однако вожделенные двери были всё так же далеки от измученной жертвы, как и бесполезные рисунки от любимой Ирочки. Напрасный труд… Брюхастый, насквозь пропотевший мужчина вдруг страшно вскрикнул, закрутил головой на бычьей шее и стал бешено продираться к выходу. Сзади за ним оставалась борозда. Это было фантастично! Примерно так работает бульдозер на городской свалке. Мужчина с лёгкостью смял встречный поток людей, выворотил нескольких человек на панель и преспокойно зашагал прочь.