Но Лакуна ничего не сказала, она знала, что все равно сама станет лгать, покуда эффект ягоды не растворится окончательно и бесследно в ее организме. Итак, она преодолела целых три испытания, но не чувствовала, что они как-то развлекли ее. Разве что женщина почувствовала, что не она одна чувствует себя одиноко в этом мире.

Глава 2. Плетеная корзина

Айви уже стояла на пороге, ожидая ее. - Я знала, что ты все преодолеешь, Лакуна,- это были первые слова принцессы, которая раскрыла объятья навстречу подруге. В свое время, когда Айви была еще маленькой, лакуне приходилось присматривать за ней, и они все время отлично ладили друг с другом. Теперь Айви был уже двадцать один год, она была очень красива и явно довольна своими отношениями с Греем Мерфи. - Ха, а я вот не слишком рада видеть тебя,- выпалила Лакуна и вдруг замерла.- О, эту проклятую лжеягоду я не ела. - А, тогда конечно. Эффект исчезает быстро, если ты не съела этих ягод слишком много. - Но я съела прилично. - Ага, значит, ты съела все-таки только одну, поскольку если ты съела действительно много, то ты говорила бы как раз противоположное. Ладно, пойдем, Грей уже наверняка заждался. Он чтото не слишком доволен. Ты наверняка приготовила для него какойнибудь каверзный Вопрос. Лакуна неопределенно пожала плечами, чтобы не раскрыть рта и не лгать лишний раз. Айви повела ее в Главный зал замка, где волшебник уже ожидал их. Грею было двадцать два года. По его внешнему виде совершенно невозможно было определить его характер. Он был сыном Злого Волшебника Мерфи, который жил аж за восемь-десять столетий до этого, но, подобно Повелителю Зомби или Призраку Милли, он дожил и до настоящего периода ксанфской истории. Конечно, Мерфи-отец уже не был злым - он оставил свою злобу как условие того, что ему будет позволено жить в новом времени. Изредка он все-таки пользовался своим волшебным даром, чтобы наложить на подходящий объект злое заклятье, но это только шло на всеобщую пользу.