— Может, все-таки снизойдешь до объяснений, — поинтересовалась я, глядя на его ехидную улыбку. Слишком свежими еще были мои воспоминания о его последней культурно-развлекательной программе.

— Да мы тут на даче сегодня празднуем день рождение моего товарища.

— Тогда чего это ты еще в городе? — прищурила я глаза.

— Дорогущая забыла свитер, вот и пришлось возвращаться. Представляю, как она обрадуется, когда вместе со свитером я привезу и тебя. Может еще по сигаретке?

Отказываться я не стала.

— Дим, все, конечно, отлично, но если ты обратил внимание, то я немного не по дачному одета. Думаю, что вечернее платье с вырезом до пейджера и туфли на каблуках немного не подходят.

— Не проблема! Одень Настюхины шмотки!

Вот так легко и просто неприятности нашли меня самостоятельно.

— Слушай, а там есть что поесть?

— Конечно! Мы тебе пельмени сварим, — заверил он меня.

Ну, пельмени так пельмени… Хотелось бы чего-нибудь более романтичного, ну там пицца, телевизор, теплое одеяло и так далее… Но для начала и это сойдет.

***

Из машины снег уже не казался таким мокрым и противным, я бы даже сказала, что он привлекал меня своей пушистостью и белизной. Мы остановились у большого коттеджа. От удивления я немного присвистнула:

— Ничего себе дачка…

— Не больше той, в которой ты провела последние месяцы.

Я неопределенно махнула рукой и с любопытством стала разглядывать фасад. Впрочем, мне больше хотелось посмотреть на этот пейзаж летом: возможно, он был бы более притягательным и таинственным, чем зимой.

— И чья же это хибарка?

— Никитина, но не думаю, что тебе это имя о чем-нибудь скажет, — пожал плечами Дима.

Действительно, ничего нового я для себя не открыла. Даже когда мы вошли внутрь, я не узнала никого, кроме Насти, которая сидела на столе и весело болтала ножками. Она не часто позволяла себе такие вольности, поэтому я сделала довольно верный вывод, что подруге больше не наливать. Завидев меня в дверном проеме, она живенько соскочила на пол и кинулась обниматься, не умолкая ни на секунду: