А может, это была вовсе не луна, а просто еле виднелась круглая лампа на потолке. Хлюпало сильнее. Слизь стекала крохотными водопадами, колыхалась в такт голосу лектора. Сидящие медленно растворялись, но по прежнему пытались записать вещаемое. Получалось плохо. Ручка выскальзывала из размягчившихся пальцев, липла к слизи и пыталась писать зеленоватыми разводами. Сидящие тихо ругались. Их голоса звучали квакающе, словно сгусток соплей попал им в голосовые связки. Но это было не так. На самом деле их связки и были этим сгустком соплей. И становились все жиже. Лектор бубнил. В зале царила жара и черные тараканы легионами выбегали из щелей в полу, спасаясь от локальных слизистых Ниагар. -Послушайте, как вы держите ручку? Я боюсь у меня срослись пальцы... -Нет проблем. Утопи ручку поглубже в культяпки и так задерживай -Спасибо... -Не боись друг, допишем. -Допишем... - отозвалось эхом несколько голосов. Ручки смачно чавкали по бумаге. Черная кожаная куртка дорогущим "Титаником" влилась в слизевую Миссисипи и потихоньку стекала вниз по ступеням. -Ловите куртку! - шикнул кто-то, - она денег стоит. С чмоканьем куртку поймали. С всплеском кинули обратно: -В ней владелец, пусть плывет себе. -Пусть... -Отползите, мне же не видно!! Шмяк - тяжелая туша с кривыми желеобразными обрубками вместо рук и ног, тяжело рухнула в проход между партами и потихонечку заскользила вниз. На том, вросшем в плечи выступе, где когда-то была голова вяло, перекатывались полтора сросшихся задумчивых глаза, похожих на яичные желтки. Обрубки дергались, пытались писать, но им это уже было не дано. -Ну вот! Видите, что вы наделали! Он теперь не допишет... -Сам виноват, писать мешал... да уберите же ваши сопли!!! -Прости друг, насморк. Гневные вздохи, сопенье и хлюпанье. В человеческом теле не много воды - около пяти литров, половина оцинкованного хозяйственного ведра. Но вот если она будет вытекать медленно... Сидящие текли уже сорок пять минут и даже самые высокие и худые стали похожи на страдающих водянкой карликов.