Я даже не заметил, как преследующие нас зеленые попугайчики неожиданно исчезли.

Раздался мелодичный звон, легкое шуршание. На тропинку из кустов выпрыгнула пума. Она почти миролюбиво улеглась на тропинке, загораживая нам дорогу. Вилен рванул ружье, и пума чуть слышно заворчала, ее длинный хвост вздрогнул и стал рассерженно колотить по траве.

- Отставить ружье, Вилен. Не шевелись! - приказал я.

- Зверь может напасть. - Он и тут попытался спорить, но ружье оставил в покое.

То ли он вовремя вспомнил, что звук выстрела может привлечь внимание гуани, то ли его, как и меня, поразило поведение громадной кошки. Лишь только Вилен убрал руку с ружья, пума успокоилась. Выражение ее красивой зеленоглазой морды стало почти дружелюбным. Казалось, что она вот-вот замурлычет.

- Вилен, посмотрите на ее шею!

- Вижу... - ошеломленно прошептал он.

На шее у пумы висела желтая цепь со сверкающими подвесками.

- Неужели золото?

"Значит, это ручная пума, и принадлежит она гуани, - подумал я. - Вот почему мы не слышали собачьего лая. Стадо, видимо, вместо собак охраняет пума". Я вспомнил, что когда-то читал подобные рассказы о пумах, но считал их досужим вымыслом.

И вот - убедился. Впрочем, убедился ли?

Я сделал шаг в сторону зверя. Пума подняла голову и зарычала.

Я шагнул в другую сторону. Пума успокоилась.

- Она охраняет стадо и не хочет, чтобы мы приближались к нему, - сказал я.

- А где же ваше "видимо"? - съязвил Вилен.

Да, на этот раз я высказал мысль в категорической форме, свойственной Вилену, а не мне.

Я сделал вид, что пропустил мимо ушей замечание Вилена, и предложил:

- Придется сделать крюк по лесу и обойти стадо.

- Если и в других местах нас не ожидают такие...

- Посмотрим. - Я шел, кося глазом на пуму.

Она не двигалась с места, глядя вослед нам.