Да и Дом Марика вроде хотел того же.

Грейсон втиснулся в крошечную каморку с металлическими стенами – тамбур «Мародера», еще раз проверил, хорошо ли подогнана дыхательная маска, и откатил заслонку внешнего люка.

«До сих пор нам везло», – подумалось ему. После Верзанди объединенное подразделение наемников Серого Легиона Смерти стало лакомым куском для гипотетических нанимателей. Дома Штайнера и Дэвиона предложили стандартные контракты, которые продолжали бы стравливать Грейсона и его людей с непримиримым красным драконом Дома Куриты. Оба Дома вдобавок предложили еще два заманчивых условия: во-первых (естественно) – деньги; во-вторых – намного более привлекательную возможность мести.

Впрочем, после Верзанди Грейсон обнаружил, что его жажда отмщения убийцам отца заметно поутихла. Теперь она сменилась неясной гложущей пустотой. (Трудно поддерживать пламя ненависти из года в год.) После сокрушительной победы над своим старинным неприятелем на Верзанди он не ощутил удовлетворения, скорее к нему пришло усталое осознание того, что Легиону никогда не остановить железного марша – исчадия дьявольских сил Синдиката Драконов.

В конце концов, один из больших Домов все же предложил такое, от чего не смогли отказаться ни Грейсон, ни его воины. Они жаждали этого куда больше, чем мести. Дом Марика пообещал пристанище – их собственный мир.

Это тоже стало победой Серого Легиона, и наградой должны послужить хельмские земли.

Неприятный, пронизывающий ветер трепал защитный костюм Грейсона. Он перебросил ноги через край узкого люка и сел на «Мародера» верхом. Одной рукой в перчатке он держался за опору скорострельного орудия, установленного на спине боевого робота, а другой вытащил из специального отсека подвесной трап. Грейсон с грохотом размотал лестницу, и ее противоположный конец звонко шмякнулся о землю. Атмосфера Сириуса-5 состояла по большей части из азота и водорода, воду же заменял жидкий аммиак. Температура на поверхности планеты редко поднималась выше –40 °С, и «вода» постоянно находилась в замерзшем состоянии.