— Наклонившись к видеоэкрану, лейтенант несколько минут манипулировал ручками микрометра и, наконец, заметил с удовлетворением: — По моим измерениям площадь паруса около пятисот квадратных футов. Кроме того, последний Солнечный Странник был добыт так давно, что мы сумеем продать нашего не за миллион — об этом и речи быть не может, — а, по крайней мере, за два миллиона долларов. В противном случае я готов съесть эту медузу целиком, кроме паруса, даже без хлеба!

Мичман повернул рукоятки, и космический корабль начал быстро приближаться к Солнечному Страннику. В этот момент из громкоговорителя внутренней связи донесся слабый, но отчетливый голос капитана:

— Лейтенант Гаррет, явитесь немедленно в мою каюту. И Альварец тоже.

— Смотри-ка, — заметил юноша, — новое лекарство подействовало! Похоже, что кризис миновал. Это лекарство или убивает, или ставит на ноги, сказали врачи и оказались правы. Если бы не инъекция, он был бы уже мертв — помнишь, в каком он был состоянии?

— Поистине сегодня счастливый день, — сказал лейтенант. — Краткий экскурс в учебник медицины, и ты спасаешь жизнь шкипера; тебе поистине везет, сынок. Ну-ка, поставь корабль на автопилот, и пойдем сообщим капитану о нашем Солнечном Страннике. Такая приятная новость завершит лечение.

Когда они вошли в каюту, капитан Линг поздоровался с ними и с трудом сел на койке; глаза у него лихорадочно блестели, и он тяжело дышал.

— Может быть, вы правы, но необходимо убедиться в этом, — его голос приобрел металлические нотки человека, привыкшего к повиновению. — Я запрещаю убивать этого Солнечного Странника. Это приказ.

— Но капитан, — запротестовал Гаррет, — С-2 официально объявлен животным низшего порядка, и на него разрешена охота. Ваш приказ, сэр, является незаконным. Кроме того, сэр, вы, несомненно, представляете себе, насколько велика коммерческая ценность С-2. Ваша доля будет по крайней мере…