Звонили копы. Им, видите ли, поступил звонок о том, что в заброшенном доме на окраине видели волков-оборотней. Я грязно выругался, прикрыв рубку рукой, а затем начал очень вежливо объяснять, что волков-оборотней в наших краях никогда не водилось. Вот вервульфы — да, но это совсем другое дело. Вервульфы у нас есть, и много. Но коп не хотел меня понимать. Он твердил как заведенный, что звонок был о волках-оборотнях и точка. И плевать ему, что на карте отмечено — их в здешних лесах нет.

И ему и мне было ясно, что он прекрасно понимает, какая это лажа. И я и он прекрасно знали, почему он стоит на своем: вервульфы — это люди, превратившиеся в зверя, а волки-оборотни — звери, превратившиеся в человека. Значит, за первых отвечает полиция, а за вторых — мы. У полиции опыта отлова волков не было. То есть, был, но крайне неудачный. Мы им предлагали организовать курс для сотрудников, но они все никак не могли хоть кого-то к нам прислать. Вот уже год не могли. Нехватка кадров и все такое.

Но формально я ничего поделать тут не мог. Поэтому я, чертыхаясь на ходу, побрел по офисам, распахивая все двери. Как бы не так — никого не было. Даос уже давно свалил, в туалете монахом и не пахло. Я уже было совсем расстроился, но тут меня осенило, и я направился к тигру.

— Слушай, — сказал я ему. — Ты, я вижу, неплохой пацан. Не тупой, книжки любишь. И сильный, наверняка?

Тигр кивнул, не отрываясь от учебника.

— С десятком волков-оборотней… то есть, вервульфов, справился бы?

Видели всего двух вервульфов, но осторожность никогда не помешает.

— Ты че, издеваешься? — спросил тигр. — Конечно, с такими слабаками и мышь бы справилась.

Мышей брать с собой на дело мне не хотелось, хотя эти вроде были сильные, тысячелетние — говорят даже, им когда-то давно удалось победить страшного оборотня по кличке Придворный кот. Но таскать с собой мышей-уголовников, от которых к тому же скверно пахло мышатиной — нет уж, увольте.