У них даже имелся командир, скользкий тип, наряженный в карикатурное подобие военного мундира, и фуражка с огромной блестящей кокардой была набекрень напялена на его шиковатую голову. Место было довольно широкое, но морлоки перегородили его от стены до стены, соорудив жалкого вида баррикаду. Впрочем, жалкую-не жалкую, а вот так с разбега, не перескочишь. К счастью для Майора, чья-то светлая голова догадалась использовать при строительстве баррикады большие железные бочки. Такие бочки обычно были наполнены разными горючими и взрывоопасными материалами — Майор это знал, а морлоки, похоже, нет.

Оценка диспозиции заняла у Майора пару мгновений. Морлоки промедлили с атакой, Майор нанес удар первым. Длинной пулеметной очередью он прострочил те самые бочки, положенные в основание баррикады. Бочки действительно были наполнены чем-то таким, огнеопасным. Взрывом разметало большую часть баррикады и скрывавшихся за ней тварей. Языки пламени достали до Майора, он отступил на шаг, потом снова рванулся вперед и щедро полил свинцом остатки баррикады. "Дракон" страшно рычал, плюясь огнем, морлоки рвались в кровавые клочья. Exessive!

Майор прошел это место с минимальными потерями, немножко подлечиться, и все будет в порядке. А от командира морлоков осталась только пробитая пулями фуражка. Проходя мимо остатков догорающей баррикады и растерзанных "драконом" морлочьих тел, Майор наступил на фуражку ногой, и черный лаковый козырек с хрустом лопнул под каблуком…

Седьмой час ночи

Минуя Врата Осириса, попадает Ра в царство под названием Пещера Осириса. Таинственная дорога Запада, по которой странствует Ра, лишена воды, и солнечную лодку Мессектет невозможно влечь на канате по песку пересохшей реки. Благодаря заклинаниям на своих устах, путешествует Ра по этой таинственной дороге Запада, благодаря могуществу Великого Бога, солнечная лодка Мессектет вновь превращается в змею.

Гигантский змей Апоп выпил всю воду подземной реки, желая воспрепятствовать Ра и погубить его. Длина песчаной отмели в этом царстве — четыреста пятьдесят локтей, и всю ее покрывает Апоп изгибами своего тела.