Оказавшись в явном меньшинстве – пилот выпутался наконец из своих ремней, – незнакомец нырнул в люк и исчез в переходной трубе. Майлз вслед за Айвеном бросился в погоню и как раз успел увидеть, как незнакомец, оказавшись в поле искусственной гравитации станции, лягнул Айвена в грудь массивным башмаком, отшвырнув обратно к люку. Когда Майлз и Айвен распутались, незнакомец уже исчез, только эхо его шагов отдавалось от металлических стен. Какого из коридоров? Пилот катера, наскоро убедившись, что его пассажиры хотя бы на время в безопасности, вернулся к пульту и связался с диспетчерской.

Айвен поднялся на ноги, стряхнул пыль и осмотрелся по сторонам. Майлз тоже. Ничего особенного: обыкновенный, плохо освещенный грузовой причал.

– Знаешь, – заявил Айвен, – если это был их таможенник, у нас могут быть неприятности.

– Мне кажется, он собирался на нас напасть, – ответил Майлз. – Очень на то похоже.

– Но ты же не видел оружия, пока не закричал.

– Оружие ни при чем. Глаза. Такие бывают у человека, собирающегося совершить что-то, что его самого пугает до смерти. И ведь он бросился.

– Только после того, как на него бросились мы. Как знать, что он собирался делать?

Майлз медленно повернулся, настороженно осматриваясь. Поблизости не было ни души – ни цетагандийской, ни барраярской, ни какой угодно другой.

– Что-то тут не так. Или он ошибся местом, или мы. Эти задворки не могут быть нашим причалом, тебе не кажется? Где посол? И почетный караул?

– Ну да: красный ковер, танцующие красотки… – вздохнул Айвен. – Подумай сам: если бы он хотел нас убить или захватить катер, он ворвался бы с нейробластером наизготовку.

– Никакой это был не таможенник. Посмотри-ка на мониторы, – возразил Майлз. Два монитора на стене были сорваны с креплений и понуро висели на проводах. – Он вырубил их перед тем, как попытался залезть к нам. Ничего не понимаю. Здесь давным-давно должна быть толпа охранников… Так ты думаешь, ему нужны были не мы, а наш катер?