— Долго же ты добирался сюда.

Макгилликадди вздрогнул, как от удара кнута. У него был неприятный голос, холодный и резкий, с металлическим скрежетом, вызывающим почти физическую боль. Ветер доносил до Макгилликадди его запах, запах моря, воды и неукротимой ярости. Должно быть, подумалось Макгилликадди, так пахнут акулы.

— Я добрался, как только смог, — попытался оправдаться шотландец. — Становится все сложнее, господин. События не прошли незамеченными. Я видел на берегу солдат. Прибыл военный корабль.

— Я знаю, — холодно ответил он. — Судно потоплено.

— Потоплено? — испугался Макгилликадди. — Но этого не должно было случиться. Они пришлют другие корабли, и…

— Я призвал тебя сюда не для того, чтобы спорить, — сердито перебил он. — Я хочу сообщить тебе свой приказ.

Макгилликадди нервно сглотнул. Он смотрел на стройное, покрытое зеленой чешуей тело своего господина. Тонкие перепонки, соединявшие руки с телом, блестели в свете луны, словно крылья летучей мыши.

— Да, господин, — покорно прошептал он.

— Приближается решающий момент, — с подъемом продолжило существо. — Наши враги заметили нас. Время скрываться миновало. Ты должен пойти в большое селение у моря и сказать жителям, что они должны подготовиться. Я буду ждать их в оговоренное время на берегу.

— Но, господин, — вырвалось у Макгилликадди. — Подготовка еще не…

— Молчать! — рявкнул он. — Ты слышал, что я сказал. Иди и выполняй мой приказ.

С этими словами существо исчезло. В отличие от появления, исчезал оно совершенно без всякого пафоса. Ночь, казалось, просто втянула в себя стройную зеленую фигуру, и озеро стало просто озером, а ночь просто ночью.

И все же у Макгилликадди было такое чувство, будто сейчас внутри него что-то умерло. Он повернулся и на подгибающихся ногах отправился в селение.