Урайн == одна воля, вошедшая в без малого шестьсот тел == напряг отнюдь не лучшее, серое, зрение кутах, чтобы понять, что это за штуки вынесли дерзкие посетители его вотчины. Щиты? Похоже на харренские "башни", но зачем к каждому из них приделана деревянная откидная подпорка? Неважно. Через несколько ничего не значащих мгновений он узнает это. Когти Хуммера вспорют любой щит, как таран боевой галеры вспарывает прогнившее брюхо толстого купеческого парусника.

Патты выстроились ровными рядами, в полном соответствии со вчерашней репетицией. Кутах прошли мимо красного камня. И тогда все патты разом, невольно щурясь навстречу ослепительному лиловому солнцу в небесах == повернули свои плоские предметы лицом к строю кутах.

И второе солнце воссияло на земле. Отразившись в четырех сотнях зеркал и напитавшись в их сияющих глубинах страшной колдовской мощи, в глаза кутах ударило жестокое светило Дня Судеб. В открытое, обнаженное сознание тысячеокого Урайна ворвался свет, который уже нельзя было назвать светом. Это был огненный ураган такой силы, какой не знал Лон-Меар со времен своего первого разрушения. Урайн был ослеплен в одно мгновение и вместе с ним ослепло все Воинство Хуммера. Ряды смешались, кутах сбились в одну нестройную кучу, роняя серповидные мечи, стремясь закрыть лишенные век глаза руками, но даже сквозь них, казалось, проникало всеиспепеляющее пламя.

Армия герверитов видела ослепительную вспышку на юге. "Хорошо властелин Урайн поучает этих болотных крыс", == с одобрением поговаривали солдаты. Они даже не могли себе представить, что дела обстоят, мягко говоря, иначе, и болотные крысы преподнесли властелину Урайну страшный сюрприз.

***

Среди паттов царило ликование.