Без предупреждения фокус слегка переместился. Одна грань кристалла искривилась и преобразовалась сама по себе. Волны энергии, которые Ник проталкивал, были внезапно искажены. Оглушительная психоэнергетическая боль обрушилась на него. Он понял, что женщина, которая создала кристалл, почувствовала такую же боль.

Черт побери, что он делает? Рациональная мысль, наконец, усмирила водоворот сексуального и психического голода. Он не был никаким вампиром. Он заставил себя отключить поток таланта. Теперь кристалл мерцал вдалеке. Действительность физического мира начала заполнять его.

— Не волнуйтесь, мистер Частин. — Хобарт находился на полпути к двери. — Я позову кого-нибудь на помощь.

— Сядьте. — Ник закрыл глаза и стал восстанавливать дыхание.

— У вас приступ. Я на самом деле считаю, что нужно позвать кого-нибудь.

Ник сузил глаза и пристально глянул на Батта:

— Сядьте.

Руки Хобарта дрожали. Он медленно вернулся к стулу и сел.

— Ничего не случилось. — Ник уже пришел в себя и исподтишка быстро оглядел кабинет.

Все, казалось, было нормальным. Он, конечно, не чувствовал себя сумасшедшим. Он задавался вопросом, может ли сумасшествие, начавшееся с кратких вспышек безумия, расти медленно на протяжении долгого времени. Нет, черт возьми, он не сошел с ума. Он чувствовал себя просто превосходно. Как никогда лучше, это факт, даже если не принимать в расчет затяжную боль сексуального желания. Его память была совершенно ясна. Его ум был остер. Он мог вызвать сосредоточенные в схеме силы логики, интеллекта и самообладания без всяких усилий.