Ник почти улыбнулся:

— Осторожнее, мисс Спринг. Общеизвестная мудрость гласит, что только схематики могут погрязнуть в теориях тайных заговоров. Хотя, вы ведь чертовски хорошо работаете с ними.

Яркий румянец зацвел на ее щеках. Она смотрела на него с негодованием, держась за ручку двери:

— Кстати, о талантах-схематиках. Может, вас заинтересует. Очень сильный талант-схематик, возможно, класс десятый, по моему профессиональному мнению, играет за одним из ваших столиков джин-покера.

На мгновение все в мире Ника, включая и кровь в его венах, застыло. Он уставился на Циннию.

— Откуда вы это знаете? — спросил он настолько тихо, что был удивлен, как она услышала его. — Скажите мне.

Она сделала вид, что занята дверью:

— Я почувствовала его на уровне подсознания, когда он искал концентратора, и начала отвечать. Это был инстинкт. Я остановилась, как только поняла, что случилось.

— Когда это было?

— Я столкнулась с ним, если можно так выразиться, непосредственно перед тем, как вошла сюда. — Она выглядела немного удивленной. — Успокойтесь, мистер Частин. Я уверена, что ваша служба безопасности поймает его прежде, чем он обчистит банк казино.

Он положил ладони на стол:

— Вы уверены?

— По поводу таланта-схематика внизу? О, да. Я знаю, что они редки, но никакой концентратор не спутает талант схематика. Между прочим, вы должны сказать вашей службе безопасности, чтобы они были начеку. Я никогда прежде не сталкивалась с действительно сильным талантом-схематиком, но мне кажется, что этот может быть опасным, если загнать его в угол.

Она вышла и торопливо закрыла за собой дверь.

Ник медленно опустился в кресло.

Это была она.

Цинния была тем мощным концентратором, с которым он столкнулся и которого захватил, когда пытался использовать свой талант для оценки Хобарта Батта. Она сфокусировала его даже при том, что в то время была одним этажом ниже него. Его ясно работающий мозг был не в состоянии функционировать должным образом в течение, по крайней мере, тридцати секунд. Он чувствовал себя так, будто весь его мир рухнул. С героическим усилием он заставил себя подняться и ударил кулаком по позолоченному телефону, нажимая, таким образом, кнопку селекторной связи.