Не мог же папа инвалидов до вагона не довести. И поэтому, едва оказавшись на перроне, Викса бросилась в объятия первому попавшемуся капитану милиции:

— Папа, папа, этот дядька меня трогал!

— Ах, ты... — чертыхнулся дяденька.

Капитан заметался. Он не знал девочку, но волшебные слова про «дядька трогал» разбудили в нем стража законности и отцовские чувства.

— Ну-ка, ты! — заорал он и выхватил резиновую дубинку.

Короткий удар — и милиционер упал ничком и больше не шевелился. Викса с ужасом смотрела, как дяденька, разрезая толпу, словно нож масло, приближается к ней.

Заскрипели тормоза, поезд лязгнул и начал медленно двигаться вдоль перрона, постепенно набирая скорость. Викса бежала вдоль вагонов, заглядывая в окна: где, где эти уроды, из-за которых она так влипла?

Дважды она оглядывалась. Дяденька равнодушным быстрым шагом нагонял ее. И когда между ними оставалось каких-то два метра, Викса метнулась — и запрыгнула в вагон.

— Ты куда? — возмутилась проводница.

— Тетенька, спасите, этот дядька меня трогал! — завизжала Викса.

Тетенька сказала пару нехороших слов и захлопнула дверь прямо перед яростным оскалом дяденьки. Он несколько раз постучал кулаками в стекло и побежал обратно.

6

Дверь в рубку открылась, и появилось чудовище.

— Вам чего всем не спится? — хмуро спросило оно.

— Тебе кости перемываем, — ответил Глеб.

Чудовище посмотрело на Виксу.

— Кто бы сомневался.

Чудовище опустилось на скамью, потеснив красавицу, и тяжело вздохнуло.

— А ты сам расскажи, как дело было, и мы успокоимся.

— Да мне-то что, говорите что хотите.

Все молчали и смотрели на чудовище.

— Идиот я, идиот, — созналось чудовище. — Связался с вами...

Это каким идиотом надо быть, чтобы жениться на женщине, которую зовут Далила Иудовна? Особенно когда тебя родители нарекли Самсоном. Но наш папа умом никогда не отличался. Красотой — да, метисы вообще очень красивыми бывают, а вот умом его как-то Господь обделил.