- Наше внимание с тобой, Тути.

Он взял прутик и ткнул им в грудь Анжеле.

- На животном мы видим остатки незнакомой коры, очень тонкой и мягкой. У нас деревья с такой корой не растут.

Анжела стыдливо одернула то, что некогда было платьем, а сейчас грязными, бесформенными лоскутами свисало с плеч, едва прикрывая бедра.

- Осторожно, ты поцарапаешь ее, - предостерегла старая парианка. Дальше?

- На верхней части головы сохранились остатки шерстяного покрова необычной длины. Если существо прежде было покрыто шерстью, то куда она девалась? На этот вопрос мы не можем найти ответа. Но мы знаем: если имеются остатки шерсти, оно принадлежит к низшим видам живых существ - к диким зверям или к домашним животным. Оно легко поддается дрессировке значит, это домашнее животное.

- Правильно. Иди на место... Кто мне скажет, чем питается неведомое существо?

- Чем попало, - выкрикнул кто-то.

- Как надо правильно ответить? - строго одернула старая парианка.

- Существо всеядно, - громко отчеканила Лула.

- Правильно, Лула. Поди сюда.

Лула с готовностью поднялась на возвышение.

- За хорошие ответы Лула заслужила вторую ленточку, - торжественно сказала парианка, завязывая на шее Лулы еще одну полоску розовой коры. - А каков возраст данного вида?

- Можно, я? - попросила Лула, едва успев вернуться на место.

- Нет, с тебя на сегодня хватит. Пусть и другие подумают.

Но желающих ответить не нашлось, и старая парианка сама ответила на свой вопрос.

- Данному неведомому существу по нашим подсчетам около ста двадцати лет, то есть оно немногим старше вас, дети.

* * *

Вечером, когда оранжевый Парий скрылся за скалами и Парианус окутался тьмой, когда Муно и его родители дружно сопели на своих лежанках, завернувшись в листья пиру, Анжела лежала без сна. В углу жилища, прямо на полу, для нее был расстелен свежий лист пиру. Ее хозяева считали, что "неведомой зверушке" не обязательно укрываться на ночь, и не стелили ей второй лист. Поэтому Анжеле приходилось сворачиваться калачиком, чтобы не замерзнуть.