Лайла кивнула.

— Как ты сюда попала?

— Через Дверь, — повторила она, не задумываясь.

Дэвид вздохнул. Прислонился к стальной плите, которую перед этим безуспешно штурмовал.

— Но ведь она закрыта. Даже если ты утащила ключи у кого–то из охраны, с этой стороны запереть ее все равно невозможно.

— А, эта… — Лайла пренебрежительно махнула рукой. — Я прошла через другую дверь… А почему эта дверь вся железная?

Дэвид не ответил. Он сел прямо на пол. Сильнее, чем сейчас, испачкать его штаны все равно уже было невозможно. Выражение его лица должно было ясно показать Лайле, что отвечать на ее идиотские вопросы он не намерен. И играть в ее дурацкие игры — тоже.

Лайла задумчиво поскребла железо кончиком туфельки.

— А если эта дверь закрыта, как же ты попадешь наружу?

— Никак.

— Так ты что, собираешься сидеть здесь до конца своих дней? — сделала она логичное предположение.

— Слушай, что тебе нужно? Когда придет время, — Дэвид зло ударил по железу, — дверцу откроют и добрые дяди выведут меня наружу. И сидеть я буду не здесь, а на Острове Мира.

— Ааа… — протянула она таким тоном, какой используют, когда не понимают ничего, но хотят сделать вид, что понимают хоть что–то. — А что такое Остров Мира?

Дэвид некоторое время смотрел на нее. И молчал.

— Ты что, с Луны свалилась?

Лайла подумала и ответила:

— Нет.

— А вот не похоже.

Они снова какое–то время молчали. Потом Лайле молчать надоело.

— А почему у тебя дома так плохо пахнет?

Дэвид рассвирепел:

— У меня дома пахнет нормально! Что ты вообще обо мне знаешь?! Ты хоть раз была у меня дома?! У меня студия на углу Центральной и Энжел–стрит! Конечно, это не хоромы, как у твоего папочки, но от этого я не перестаю быть таким же человеком, как и ты. Хотя твой папочка и Правитель Роберт Каннинхейм, наверное, долго внушали тебе обратное!..