- А тем, кто достаточно глуп, чтобы забредать в такие проклятые дыры, как "Дикий попугай", - здесь Инндиби бросил хмурый взгляд на высокого юношу с выгоревшими волосами, - я напомню, что Порт-Тарквил печально известен разрушительными болезнями плоти. Подцепите здесь какую-нибудь холеру, и еще на полпути к дому нам придется выбрасывать вас за борт, в холстине, привязав к ногам булыжник.
Эвандер покраснел. Взгляд капитана Инндиби было невозможно выдержать слишком уж он был прямым и проницательным. Юноша про себя посмеялся собственному смущению - спустя месяц после отплытия из Зеуксады он имеет полное право искать общества противоположного пола. Плевать на старого Инндиби; они пойдут в "Дикий попугай", как только ступят на берег!
Наконец речь капитана кончилась. Спустили трап, и моряки ринулись на берег, радуясь, что после длительного путешествия могут ступить на твердую землю.
Порт-Тарквил был городом каменных домов, ютящихся у подножия огромного мелового хребта - самой яркой детали пейзажа. Улицы, площади и пристань были мощеными - выложенными морским камнем.
Бродя по пристани, матросы с "Крылатого торговца" заметили: с Порт-Тарквилом что-то не в порядке. Пропал дух праздника, неизменно присущий этому месту и воспетый в легендах, которые рассказывали по всему Эйго. Пропали нарядные корзинки с цветами, раньше, бывало, висевшие на каждом фонаре. Исчезли яркие полотнища, прославлявшие всемирно известные таверны.
Несколько смущенные, матросы оглядели заброшенную главную базарную площадь и, недоуменно пожимая плечами, пошли дальше, мимо пустых торговых лотков и магазинов с закрытыми ставнями, по извилистым улочкам, в центр города.
Какая-то старуха проводила их взглядом и смачно сплюнула. Заорала кошка. Дети бросались врассыпную, двери вдоль мощеных улочек с треском захлопывались.
В конце концов Косперо нашел нужную улицу и по мощеной мостовой вывел Эвандера к знаменитой гостинице, которая оказалась трехэтажным строением из белого камня с шиферной крышей. Вывеску украшало изображение красно-желтой птицы. Путешественники толкнули дверь и вошли. Увы, все говорило о том, что "Дикий попугай" был уже не диким. Таверна казалась прискорбно прирученной.