Пока он рассказывал, мы выехали на широкое болотистое пространство. Но местность казалась выжженной засухой. Тростники и трава потемнели и высохли. Вдали, посредине небольших водных поверхностей, виднелись все еще зеленые заросли. Еще дальше, за болотами, начиналось озеро.

Несмотря на то, что солнце высоко стояло над головами, озеро покрывал туман. Мне показалось, что я различаю в нем острова, но туман непрерывно колебался, мешал ясно рассмотреть и вызывал тревогу. Я вспомнил болота Тор в Эсткарпе, в которых живет странный народ, захвативший в плен моего отца во время войны с колдерами. Это тоже был загадочный народ, и никто без его разрешения не решался проникать туда… впрочем, такое разрешение давалось очень редко.

Рентанцы привезли нас на край болота. Эфутур соскользнул со спины Шапурна, я тоже спешился. Полководец зеленых взял меч предупреждения в левую руку и поднес правую ко рту. Превратив ее в раструб из плоти и кости, он послал призыв, поднимавшийся, опускавшийся и снова вопросительно поднимавшийся.

Мы ждали. Я не видел ничего, кроме больших насекомых, которые летали над тростниками или бегали по поверхности воды, как будто она твердела под их лапками. Птиц не было, не видно даже следов животных в грязи, которая давно высохла и превращалась у нас под подошвами в желтую пыль.

Трижды призывал Эфутур; и каждый раз мы ждали ответа, который не приходил. И если раньше лицо жителя Долины слегка хмурилось, теперь на нем появилось выражение нетерпения. Но если внутренне он кипел из-за задержки, внешне никаких других признаков этого не было.

И он не уходил отсюда. Я уже начинал думать, сколько еще предстоит нам стоять, ожидая появления капризных обитателей озера.

Не шум насторожил меня после третьего призыва, а дрожь или порыв воздуха. Я испытывал уже такое ощущение с матерью и Каттеей. Как будто где-то движется огромное уверенное в себе существо. Я взглянул на Эфутура в поисках разгадки. Здесь действует какая-то энергия.