Он сел перед абажуром на мягкий стул и уперся в матовую поверхность гипнотизирующим взглядом. И вдруг из бледной глубины металла начали подниматься вереницы размазанных теней. Выглядело это страшновато, но присутствующие поняли, что их глазам является видимое в образах отображение мыслей самого Орастеса, - в этом проявлялась его магическая сила. Неожиданно туман рассеялся и изображение приобрело удивительную четкость - все увидели рослого, широкого в плечах мужчину с сильной грудью, грубой жилистой шеей и мускулистыми конечностями. Он был одет в шелк и бархат, его богатый кафтан украшали золотые львы Акулонии, а на ровно расчесанных черных блестящих волосах его блестела корона. Обоюдоострый меч на боку явно заменял собой все регалии. Под его низким, широким лбом каким-то внутренним огнем горели вулканические глаза. Светлое, исполосованное шрамами лицо было лицом воина, и даже шелк не мог скрыть заметной твердости тела. - Этот человек родился не на Хиберианском нагорье, - удивился Ксалтотун. - Нет, он из Циммерии, выходец одного из диких племен, что населяют серые горные склоны Севера. - Мы воевали с его предками, - буркнул Ксалтотун, - но, к сожалению, не успели их уничтожить... - Варвары Циммерии всегда были грозой для жителей юга, - произнес Орастес. - Он достойный сын этой дикой расы, и я слышал рассказы, что никто не в силах ему противостоять в бою.

Ксалтотун ничего не ответил, как завороженный глядя в горсть живого огня, что мерцал в его ладони...

В ночи длинно и пронзительно завыл пес...

ПОРЫВ ЧЕРНОГО ВЕТРА

Год Дракона начался с дыма войн, болезней и народных волнений.