Я уныло кивнула. Да, повторения произошедшего почему-то совершенно не хочется. Если в ближайшем будущем произойдет еще какая-нибудь неприятность — то моя песенка спета. Запасы энергии на нуле. Чудо, что вообще выжила после того представления, которое устроил в коридоре Дольшер.

— Ну рассказывайте! — потребовал Марьян, присаживаясь на краешек стола начальника. — Что у вас тут произошло? Мне показалось, будто здание вот-вот рухнет. Неужели тебя, Дольшер, вновь пытались убить?

— Не меня, — обронил тот. — Ее. — И кивнул на меня.

У Марьяна от изумления округлились глаза. Он посмотрел на меня так, словно впервые увидел. И почему-то это было очень и очень приятно.

— Ее? — с нескрываемым скепсисом протянул Марьян. — Киоту? Но кому она помешала?

Откровенное пренебрежение, скользнувшее в голосе приятеля, больно царапнуло сердце. Ишь ты как заговорил.

— Сам пытаюсь разобраться. — Дольшер отошел к окну. Заложил за спину руки, о чем-то напряженно размышляя.

В комнате повисло молчание. Марьян хмурил брови, то и дело украдкой бросая на меня изумленные взгляды. Я кривила губы, вновь и вновь поглаживая пострадавшее в недавнем нападении плечо. Ничего не понимаю. Кто на меня напал? Зачем? И как бы в кратчайшие сроки пополнить запас энергии?

— Ничего не понимаю, — в унисон моим мыслям прошептал Дольшер, отсутствующим взглядом наблюдая за суетой города.

— Быть может, ты хоть что-нибудь мне расскажешь? — развязно протянул Марьян, качнув безукоризненно начищенным ботинком. — Всех входящих в департамент проверяют на предмет оружия. Киоту, как я понял, ранили ножом. Но как его протащили через сканеры?

— Это был призрак, — проговорил Дольшер, несколько раздраженно хрустнув пальцами. — Призрак с карающим мечом, способный материализоваться в любой миг и так же внезапно исчезнуть.